ОГЛАВЛЕНИЕ:
стр.
Предисловие... 3
Глава 1..…....... 7
Глава 2:........... 90
Глава 3: .......... 182
Глава 4: .......... 233
Глава 5: .......... 305
Глава 6: .......... 377
Глава 7: .......... 451
Послесловие .. 512
Приложение :.. 515
ГЛАВНАЯ
Предисловие... 3
Глава 1..…....... 7
Глава 2:........... 90
Глава 3: .......... 182
Глава 4: .......... 233
Глава 5: .......... 305
Глава 6: .......... 377
Глава 7: .......... 451
Послесловие .. 512
Приложение :.. 515
ГЛАВНАЯ
Появление в нашем дворе восьмидесятилетнего старца в черной рясе, худощавого, высокого, с белоснежной окладистой бородой, опирающегося на тяжелый посох с латунным набалдашником, оказывало на меня гипнотическое действие. Где бы ни заставал меня момент его появления, я останавливался, словно пораженный столбняком. Меня одновременно манили его глубоко сидящие в глазницах под густыми белыми бровями глаза своим спокойным теплым голубым сиянием, но в то же время, когда потом я переводил свой взгляд на его синие холодные старческие губы, то по коже моей пробегал мороз. Он внимательно рассматривал всех дворовых ребятишек и, остановив, наконец, взор на своём правнуке, призывал меня поднятым посохом подойти к себе. Вслед за холодным крестным целованием прадед свинчивал набалдашник и доставал для меня из тайника посоха карамельку и только после этого шел дальше к нашей двери.
Обычно прадед Антон (в семье его уважительно звали hАйрик – папаша), глубоко погруженный в свои мысли, был немногословен, но после вина за столом любил пускаться в пространные теологические споры со своим горячим необузданным старшим сыном. Присутствовать на этих спорах было интересно даже нам, детям, потому что оба говорили очень красиво на красивом армянском языке, причем настолько красиво, что, ничего не понимая в материях спора, можно было упиваться и сладостной музыкой их речи, и контрастом спокойствия патриарха против горячего напора ученика. Артистизм прадеда и блестящее владение речевыми нюансами, видимо, и привлекали множество прихожан на его церковные проповеди.
Однажды бабушка послала меня с сестрой в церковь помолиться за всех наших мужчин, воевавших с немцами на фронте. В церкви тогда мы оказались впервые, и на меня росписи на евангельские сюжеты на стенах и куполе храма производили такое же гипнотическое действие, как и появление моего прадеда в нашем дворе: они чем-то манили к себе, но и страшили, тревожили. Но вот на амвоне появился одетый в золоченые одежды прадед, держа в руке небольшую книжку в малиновом переплете. Голос прадеда то рокотал раскатами, то доходил до звучного шепота в идеальной акустике храма. Длинная проповедь постепенно рассеивала наше детское внимание, но все же и она закончилась, и прихожане стали проходить мимо прадеда, целуя в руках деда книжку в малиновом переплете. Я шел самым последним из прихожан и все пытался заглянуть на переднюю обложку книги, обращенную в сторону прадеда. Интерес мой к этой книге был вызван тем, что по размеру и по малиновому цвету обложки она очень походила на десяток книг из
Обычно прадед Антон (в семье его уважительно звали hАйрик – папаша), глубоко погруженный в свои мысли, был немногословен, но после вина за столом любил пускаться в пространные теологические споры со своим горячим необузданным старшим сыном. Присутствовать на этих спорах было интересно даже нам, детям, потому что оба говорили очень красиво на красивом армянском языке, причем настолько красиво, что, ничего не понимая в материях спора, можно было упиваться и сладостной музыкой их речи, и контрастом спокойствия патриарха против горячего напора ученика. Артистизм прадеда и блестящее владение речевыми нюансами, видимо, и привлекали множество прихожан на его церковные проповеди.
Однажды бабушка послала меня с сестрой в церковь помолиться за всех наших мужчин, воевавших с немцами на фронте. В церкви тогда мы оказались впервые, и на меня росписи на евангельские сюжеты на стенах и куполе храма производили такое же гипнотическое действие, как и появление моего прадеда в нашем дворе: они чем-то манили к себе, но и страшили, тревожили. Но вот на амвоне появился одетый в золоченые одежды прадед, держа в руке небольшую книжку в малиновом переплете. Голос прадеда то рокотал раскатами, то доходил до звучного шепота в идеальной акустике храма. Длинная проповедь постепенно рассеивала наше детское внимание, но все же и она закончилась, и прихожане стали проходить мимо прадеда, целуя в руках деда книжку в малиновом переплете. Я шел самым последним из прихожан и все пытался заглянуть на переднюю обложку книги, обращенную в сторону прадеда. Интерес мой к этой книге был вызван тем, что по размеру и по малиновому цвету обложки она очень походила на десяток книг из
