Генрих Багиян "Частная хроника ХХ века"

акций совместной с Ротшильдом фирмы «Каспийское товарищество» и заодно в его владение перешел огромный особняк Дебура, управляющего делами Ротшильда, куда он и поселился по соседству со сгоревшим общественным зданием. Назначенным городской управой архитектором оказался Термикелов, который на первой же встрече с меценатом получил от Гукасова уточняющие указания:
– Про твои успехи мы не только наслышаны, но и имели честь лично познакомиться с твоими постройками. Здесь твоя задача состоит в том, чтобы построить лучшую в Европе филармонию, конечно, чтобы там всё было в порядке с акустикой и прочее, но по красоте она должна быть самой лучшей. Говоришь, что изюминкой в Европе считают филармонию в Монте-Карло. Очень хорошо. Поезжай, смотри, прикидывай, но запомни – наша должна быть красивее. И ещё: надо летнюю сцену филармонии поставить так, чтобы я по вечерам мог слушать и видеть концерты со своего балкона. У меня нет времени ходить на концерты, а так, сяду на балконе, попью чай и музыку послушаю. Вот так, дорогой.
Термикелов в этом разговоре не случайно упомянул филармонию в Монте-Карло, так как рельеф того места, где она располагалась, очень напоминал этот взлёт по Садовой и по Губернаторскому саду на холм, с террасы которого начиналась Николаевская улица. Можно себе представить примерный ход мыслей мастера в интеллектуальном штурме стоящих перед его проектом проблем:
– В этот комплекс интересно было бы максимально вовлечь буйный зелёный массив сада – он должен придать больше романтизма в музыкальное по сути заведение, да и нельзя ограничиться в проекте лишь одной открытой летней площадкой – город будет продолжать бурно расти, поэтому и масштабы сооружения надо предусмотреть на эту перспективу, и потребности горожан в музыке следует удовлетворять не только летними гастролями залётных музыкантов, потому что должен быть и очень скоро свой городской оркестр, как в Одессе или Харькове. Итак, решено: весь комплекс будет размещен в четырёх уровнях на соответствующих террасах, спускающихся от Николаевской улицы в глубь сада. Каменные массы следует распределить среди буйной зелени таким образом, чтобы взгляду наблюдателя открывались лишь небольшие завораживающие фрагменты, невольно завлекающие его в тайны остального произведения, и только при непосредственном обходе здания зритель будет приходить в восторг, причём, в равной степени это должно относиться и к интерьеру. Нижние четыре – пять террас Губернаторского сада, считая от Александровской набережной, вовлекать

стр.