ОГЛАВЛЕНИЕ:
Предисловие... 3 |
призрак коммунизма, а реальный коммунизм уверенно забредал во все закоулки старушки Европы. В Азии же к этой долгожданной мечте всего прогрессивного человечества тогда присоединился уже огромный красный Китай, а рядом с ним продолжалась всё ещё успешная борьба корейских товарищей за освобождение от своего векового рабства с нашей, опять же, посильной помощью.
      Серые неинтересные учебные будни разбавлялись после уроков спортивными играми в школьном дворе между классами либо походами строем в соседние школы, которые возглавлялись пионервожатыми и сопровождались барабанщиками, с непременным исполнением по пути революционных и военных песен, содержание которых местами было малопонятным не только для местных пионеров, но и взрослым. К примеру, вряд ли кто разумел из бакинцев, что это за таинственные “штурмовые ночи Спасска, волочаевские дни”, но не беда, ведь, несмотря ни на что, “шла дивизия вперед, чтобы с бою взять Приморье, белой армии оплот”. В гостях на сцене школьного зала прибывшие выступали с обязательным литмонтажем на патриотическую тему, в ходе которого обязательно кто-нибудь забывал закреплённую за ним фразу и сбивал красоту всего действия. Однако мелкие неудачи литмонтажа окупались сторицей следующими за тем состязаниями в спортивных играх с бьющими через край эмоциями болельщиков.       Среди таких традиционных пионерских мероприятий зимой 1949 – 50-го годов состоялось одно выходящее из ряда вон событие. Началось всё с суеты в штабе школьной пионерской дружины, куда главные пионервожатые приводили группами пятиклассников, из которых отбирали отряд под какое-то, пока нам неизвестное, мероприятие, но по качественному составу отбираемых можно было косвенно заключить, что школа готовилась к очередной демонстрации дружбы народов: отбирались тройками пионеры из азербайджанцев, русских и армян; пионеры-евреи, видимо, не вписывались в эту дружбу, а грузин в школе было слишком мало для столь масштабного мероприятия. Однако повышенная нервозность главной вожатой, часто срывавшейся на истерические крики в общении с нами, отобранными для этого дела пионерами, выдавало гораздо большую важность предстоящего события. Из последовавших затем тренировок выяснилось, что нам надлежит научиться стоять в карауле по трое около знамён с чёткими сменами караула на манер того, что происходило на кремлёвской Красной Площади в Москве у мавзолея Ленина. Наконец, мы едем в автобусе по Александровской набережной (проспекту Сталина), сбитые с толку последними противоречивыми инструкциями сопровождавших нас во- |